Прошло достаточно времени со дня встречи нашего Президента Шавката Миромоновича Мирзиёева с деятелями культуры и искусства, а ощущение поразительной энергии, ее мощного вдохновляющего заряда в душе не становится менее интенсивным.
Скажу откровенно – подобной встречи все мы, представители творческой интеллигенции Узбекистана, не припомним за последние десятилетия. Пожалуй, главный смысл и основная сила этой встречи заключались в стремлении ОПЕРЕДИТЬ проблемы и события: прослеживалось обоснование проблем и оперативный поиск путей их скорейшего решения.
В дирижерской практике есть своеобразное понятие, именуемое «ауфтакт». Это означает, что высокопрофессиональный дирижер жестом своей руки опережает музыку, как бы сообщая музыкантам, какой нюанс и какой темп ждет их в продолжении исполнения. Именно на умении ОПЕРЕЖАТЬ, предвосхищать и обозначать характер новых политических шагов в нашем государстве основана «ауфтактность» метода нашего Президента – обнаруживать проблемы и чётко демонстрировать пути их решения.
Встреча эта была многоплановой, многопластовой и – можно сказать! – многоцветной. Наиболее примечательным в способе охвата всего спектра искусств и культуры нашей страны было то, что все проблемы в каждом отдельном творческом подпространстве не только определялись во всей их полноте, но и намечались конкретные пути и зримые способы их устранения. Внимание уделялось не только отдельным направлениям, качествам, недостаткам – но и всей многоцветной палитре творчества нашей страны. При этом в характере этой встречи главенствовала не директивная назидательность, а детальный анализ сущности явления, откровенность общения. Поразительнее всего в широте этого обозрения сочетались и доверительность разговора Первого лица нашей страны с творческой элитой республики, и твердая решимость Главы нашего государства неуклонно, твердо и оперативно устранять с пути развития искусств и культуры всё наносное, закостенелое, не актуальное сегодня. Мы наблюдали своеобразный спектр эмоций и настроений – всё позитивное открыто одобрялось и поддерживалось, всё, что мешает движению вперед, не только решительно осуждалось, но и обрекалось на полное искоренение. В сфере внимания Президента оказались и ­глубина народных истоков национальной культуры, и высота классических жанров искусств, и проблемы развития академических направлений, и перспективы развития народного искусства и традиционных жанров. Театр, музыка, живопись, оперное и балетное искусство, эстрада и многие иные виды искусств тщательно исследовались в лаконичных и твердых оценках руководителя нашей страны. Не остались в стороне и проблемы образования, подготовки кадров, формирования творческой личности как таковой, совершенствования педагогического и творческого мастерства наставников молодежи. В сфере внимания оказались и задача улучшения бытовых условий творческой молодежи, материального стимулирования одаренных представителей различных видов искусства, почтение к заслуженным творческим авторитетам истинных мастеров. Особой критике подверглись недостаточно объективная оценка отдельных творческих лиц, звания и награды, не соответствующие истинной значимости их заслуг перед страной и народом. Непосредственно в зале при решении конкретных проблем заслушивались выступления и пояснения руководителей различных отраслей культуры и искусств. Порой справедливые оценки тех или иных проблем и недочетов нашим Президентом отличались особой категоричностью и жесткостью. И прямо здесь же, на наших глазах, принимались волевые решения и намечались конкретные пути развития будущего нашего искусства. Вот почему эту историческую встречу, предопределяющую будущее, важно и нужно оценить и осознать во всей ее многозначной весомости и плодотворной целенаправленности.
В этой знаменательной встрече открылось много необычного и знакового. Не ведаю, насколько сознательно выбиралось место ее проведения – но то, что в контурах парадного зала Сената все увидели очертания пространства знаменитого концертного зала «Бахор» – представилось особо знаковым. В этом пространстве в разные времена звучали голоса многих великих певцов, оживала музыка под смычками выдающихся скрипачей и виолончелистов, раздавались величественные звуки рояля пианистов, имена которых были широко известны в мире. И в этой «ауре» прошел весь энергичный и доверительный разговор главы государства с творческой интеллигенцией о культуре, искусстве и его проблемах.
Это был не просто доверительный разговор, а обмен мнениями. Весь ход встречи (особую роль играла селекторная связь с представителями областей и регионов Узбекистана, в процессе которой многие вопросы находили динамичные решения тут же, в зале) производил серьёзное и обнадеживающее впечатление.
Стержнем всех установок и планов, пожалуй, можно считать слова Президента о том, что искусство в нашей стране никогда и ни в чём не станет предметом бизнеса. И сегодня как никогда важно вникнуть в самую суть этой проблемы и осмыслить те черты и особенности, которые характеризуют многоплановое искусство нашей страны.
Культура и искусство Узбекистана в их глубоких корнях подпитывались многовековым народным творчеством, чьи самобытные свойства пронизывают практически все виды искусства – литературу, музыку, живопись. Наша страна уверенно развила классическое театральное, музыкальное, литературное и живописное искусство в удивительном соцветии национальных истоков и мировых достижений. По роду профессиональной деятельности я ближе всего связан с оперным искусством. Как не вспомнить о том, что в далекие тридцатые годы иностранные гости поражались самобытности воплощения трагедий Шекспира великими узбекскими актерами, подмечая в их творчестве и абсолютно национальные черты, и нерушимую связь с мировым искусством.
Разумеется, положение о том, что искусство в Узбекистане никогда не станет бизнесом, распространимо на все его виды. Но что же оно означает в частности для нашего оперного и балетного искусства?
Весьма многочисленны примеры из мировой практики, когда оперные и балетные спектакли становятся именно бизнес-основой для распространения образов и идей невысокого полета. Вне определенной логики поведения героев содержание классических опер переосмысливается до абсурдности. А высшая форма обобщения человеческого чувства подменяется смакованием низменных инстинктов, а порой и откровенной пошлости.­ Не устаешь поражаться тому, до каких пределов может искажать авторский замысел «кривое зеркало», в котором действие, например, «Евгения Онегина» перенесено в… грязный сарай, где и Татьяна, и Ленский, и Онегин, и практически все остальные озабочены тем, как побольше выпить водки и завалиться спать на темном сеновале. А пресловутый образ «психушки», в оболочку которой пытаются втиснуть титаническое действие «Пиковой Дамы», уже давно стал расхожим штампом. Слоняются по помойкам… нежная Баттерфляй со своей верной подругой Судзуки, состязаются в пошлейших низменных страстишках герои моцартовского «Дон Жуана»… А светлейшую сказку о необходимости пробуждения Любви в застывших человеческих душах – «Снегурочка» Римского-Корсакова – по последней «моде» играют в обстановке ядерной зимы после атомного взрыва. Примеров – не счесть, и проще всего над ними саркастически усмехнуться. Многие ведущие деятели оперных театров мира – и недавно ушедшие из жизни Галина Вишневская, и Джоан Сазерленд, и выдающийся дирижер Юрий Темирканов – горько озабочены этой подменой ценностей. А крупнейший оперный дирижер Ричард Бонинг недавно дал интервью под названием «Опера становится бизнесом!», в котором призывает осознать всю опасность подобного пути развития оперного театра.
Но не менее настораживает другая проблема: как быть, если в театры с ТАКИМИ трактовками приходит преимущественно молодой зритель, который и не слыхивал об утонченности чувств того же «Онегина», о «Пиковой даме»? Как скорректировать его сознание, как помочь ему понять, что ЭТО – не настоящая опера с ее величием страстей и полетов духа, если примеров такого слепого «излома» замысла автора неисчислимо много?
КАК в этой «эстетике» воспитывать настоящих певцов-актеров? Как убедить их, что Флорией Тоской в великой опере Пуччини движет сила истинной любви, а не клубок низменных чувственных инстинктов? Как сохранить великие традиции исполнительского мастерства, когда в воплощении подобных лженоваций мастерство исполнения становится как бы ненужным вообще?
Возьму на себя смелость утверждать, что суть образов легендарных Лейли и Меджнуна, Фархада и Ширин, Тахира и Зухры и многих других до конца не распознана. Истоки образной культуры Востока традиционно целомудренны, они возвышают понятия Любви и Верности, не лишая героев противоречий, сомнений и смятений, устремляют их порывы ввысь. В этих образах нет места убогой заземленности, подмене истинности чувства слепыми инстинктами. Да, герои «иного полюса», несущие зло и насилие, подвержены слепым страстям, но весь ход драматургии настоящих произведений неумолимо ведет их к полному душевному и земному краху. Гуманизм великого Алишера Навои и его собратьев по высшей Поэзии провозглашает вечность истинно Высокого и осуждает низменное, приговаривая его к безысходности тупика.
Именно в этом заключается главная причина, по которой эстетика искусств нашей земли не впадает в дешевый натурализм. И в кошмарном сне невозможно представить возможность вульгаризации образов бессмертной узбекской классики, перенесение их действия в абстрактную эпоху, наделение героев исконно не свойственными им низменными инстинктами. И потому можно надеяться, что горькая чаша искривления и вульгаризация классики минует ее воплощение на узбекистанских сценах. Но об осторожности забывать всё же не стоит.
Разумеется, я вовсе не за то, чтобы ставить оперу и балет в границах тридцати- и сорокалетней давности. Но перед оперным театром наших дней во весь рост встает проблема истинной современности воплощения материала. Она вовсе не так проста, как кажется на первый взгляд. Одеть героя прошлых веков в рубаху и джинсы? Перенести действие «Флории Тоски» из конкретного времени 1800 года, когда войска Наполеона вторглись в Италию, во времена фашизма, как зачастую делают сейчас? Но как быть с КОНКРЕТНЫМИ словами о том, что Бонапарт победил австрийские войска и идет на Рим, в то время как на сцене у нас Италия эпохи Муссолини? Предположить, что все участники (и зрители с ними) сошли с ума? Как возможно, изображая эпоху царствования Ивана Грозного, выпускать на сцену молодчиков в пиджаках и темных очках и ­называть их по неведомой причине «боярами»? Увы! – все эти вопросы не имеют внятных ответов… Не имеют внятных ответов на вопрос «зачем?» и многочисленные попытки постановщиков показывать героев и героинь в нижнем белье, а зачастую – и вообще без всякой одежды, что тоже выдается за особый атрибут «современности»!
Однако гораздо важнее осознать, что в самих основах музыкальной драматургии великих опер мира содержится немало загадок, которые необходимо разгадать именно с позиций нашего времени и наделить характеры и поступки героев и современной энергией, и современной психологией.
В поисках «ключа» к каждому спектаклю на основе музыкальной драматургии надо проявлять поистине осторожность сапера, не ломая напрочь все задуманное автором. Вообще крайне опасно в любом творчестве задаваться установкой «А сделаю-ка я это современно!».
Очевидно, что никаких общих «рецептов» осуществления различных постановочных решений не существует. Да, есть оперы, в которых экспериментирование в плане переноса в другую эпоху вовсе не ломает структуру авторского замысла, а, напротив, ведет к неожиданным открытиям. Например, хитроумнейшую притчу Моцарта «Волшебная Флейта» без ущерба возможно ставить в любом времени действия – и это не будет нарушением Правды. Вполне можно представить в обстановке ХХ века сюжет пуччиниевской «Богемы», в абсолютно любом пространстве-времени можно ставить фантастические «Сказки Гофмана» Оффенбаха. Не стирается из памяти постановка 1990-го года Английской национальной оперой «Макбета» Верди, где тема злодеяния была преломлена и через средневековье, и через фашизм, и через сталинизм. А спектакль потрясал экспрессией и правдой.
Однако даже воображаемая попытка «экстраполирования» этого принципа на коренные, истоковые образы нашей земли сразу наталкивается на непреодолимое неприятие.
Попробуем сформировать в сознании невозможное: прекрасная Ширин в модной одежде в современном особняке тоскует о своем Фархаде. А вот и он сам – в комбинезоне и… на экскаваторе, с помощью которого, как ему и положено, открывает дорогу живительной воде… Что, не желает сознание мириться с подобной убогой вульгаризацией, снижающей не только дух вечных образов, но и их убедительность?! А ведь все это, примененное к героям классических опер, так же размывает их многоплановость, сводя к вульгарной схеме!
Да, именно в силу особой чистоты и целомудренности культурных истоков нашей страны мы должны свято хранить эстетику и культуру Театра от того, на чем обычно делается бизнес: от снижения уровня зрелища до минимальных требований тех, кому важна не высота искусства, а возможность заработать на этом. И хочется верить, что удастся удержать эту планку на должной высоте.
Властители дум… Именно эта метафора была употреблена президентом, когда он говорил о том, что надо усилить внимание к раскрытию на сцене образов великих исторических личностей, и о том, что личности самих творческих деятелей должны быть настолько масштабными, чтоб им было о чем поведать в своих работах, владея непростыми средствами воплощения.
Не секрет, что во всех странах мира ни оперное, ни балетное искусство никогда не самоокупаются – слишком высоки затраты на содержание состава исполнителей, огромных коллективов хора и оркестра, на изготовление декораций и костюмов. Потому все крупные театры мира содержатся инвестициями многочисленных спонсоров.
И было очень отрадно услышать на знаменательной встрече о том, что к каждому театру будет прикреплен конкретный спонсор. Наш ГАБТ имени А. Навои приобрел в этом качестве знаменитую компанию «Узбекнефтегаз». Этот факт означает, что, задумывая очередную постановку, мы можем рассчитывать на осуществление к ней соответствующего современного декорационно-сценографического оформления, и это позволит вывести зрелищность спектакля на принципиально иной уровень… В результате значительно усилится зрительский интерес к спектаклям такого формата.
Воплощение на оперной сцене образов многих выдающихся деятелей отечественной­ и мировой истории издавна было одной из высоких целей творчества. На сцене ГАБТа имени А. Навои неоднократно и в разных аспектах раскрывались образы великих: Алишера Навои, Мирзо Улугбека, Амира Темура. В моей недавней постановочной работе воссозданы на сцене образы «Хамсы» в новой опере замечательного композитора М. Бафоева. Драматургия этой оперы отличается тем, что впервые на оперной сцене в ней раскрываются образы всех пяти поэм. А центральным стал образ самого Поэта, воплощенный молодым певцом Насыром Юсуповым. Разумеется, жизнь спектакля только началась – но это начало пути обнадеживает всех нас, и мы сделаем все возможное, чтобы образность спектакля «Хамса» становилась все более убедительной.
Совершенно очевидно, что воплотить образы крупных исторических личностей на сцене весьма непросто. Хотя в истории узбекского театра есть замечательные примеры драматургии М. Шейхзаде, в памяти живы великие творения А. Ходжаева, Р. Хамраева и других выдающихся собратьев по творчеству.
Выдающиеся узбекские драматурги и актеры минувших лет стремились раскрыть личность великого героя живо, в ее противоречиях. Как это ни прискорбно, во многих нынешних примерах воплощения великих деятелей мы наблюдаем некий избитый штамп. Богатство духовной жизни, противоречия, сомнения, искания путей подменяются иллюстративностью, в которой, например, великий А. Навои предстает каким-то «ходячим монументом» в белых одеждах, изрекающим цитаты из своих произведений. Считается, что только так можно раскрыть «величие» и «значимость». А вся удивительная сущность Поэта, волею судьбы ставшего государственным деятелем и отнюдь не понаслышке столкнувшегося с коварством, вероломством и алчностью, изведавшего потери и усталость духа, остается за бортом. А ведь он искал пути Добра именно потому, что видел слишком много Зла. Его потрясающая идея ОБЪЕДИНЕНИЯ народов во имя света и любви, достойная глубокого осмысления, необыкновенно актуальна и в наши дни. Известные писатели, раскрывающие образы исторических личностей, старались делать это объективно, открывая тайны их духа – смятение, искания, разочарования, приводящие к обретению новых путей. И А. С. Пушкин, и А. К. Толстой, и прочие классики в воплощении образов царствующих особ не избегали возможности раскрытия диалектики их духа, в которой была правда и объемность, светлые и теневые черты. Как было бы интересно и поучительно сегодня встретиться с подобным истинно масштабным воплощением, например, образов Джалолиддина, Амира Темура, Улугбека, Алишера Навои!.. Как много дало бы современной молодёжи ТАКОЕ глубинное проникновение в личности этих величайших людей…
Вне всякого сомнения, немало проблем в формировании потенциальных «властителей дум» – актеров, режиссеров, певцов, танцовщиков…
В формировании молодых деятелей театра многое хотелось бы скорректировать. По опыту знаю, что противоречия творческого формирования молодых певцов-актеров оперы начинаются практически с первых лет их обучения. Во-первых, на обучение профессиональному академическому пению в нынешних программах отводится слишком мало учебных часов. Процесс овладения мастерством в творческом ВУЗе не терпит отклонения от принципа постепенности. Освоить вокально-актерскую профессию можно только пошагово, внимательно проходя через все его этапы. Ведь со сцены надо не только петь полагающиеся ноты и оценивать, «звучу или не звучу», но и нести публике некий высший смысл наполнения образа жизнью. Парадокс, с которым приходится сталкиваться на каждом шагу: поющий драматический актер обучен так, что в каждый момент думает о смысле действия. И когда драматический актер начинает петь, то зачастую, не имея выдающихся вокальных данных, он стремится с первых звуков к ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТИ своего пения, к раскрытию смысла. А академический вокалист чаще всего занят бездумным пропеванием нот, надеясь сначала «выучить» ноты, а уж потом с помощью концертмейстера, дирижера и режиссера как-то наполнить их смыслом. Вот почему неимоверно важно понимать, что голос – не самоцель, а СРЕДСТВО для выражения смысла. Если неумелому­ ­пианисту сказать: «У вас прекрасный «Стейнвей», но вы совершенно не умеете играть на нем!» – он будет весьма огорчен. Если же вокалисту сказать: «У тебя прекрасный голос, но ты совершенно не умеешь им пользоваться!» – он ухмыльнется и ответит: «Ничего, голос – главное, я как выйду, да как выдам! А что и как петь – мне дирижер и режиссер подскажут! А концертмейстер партию выучит!»…
Этот процесс требует созревания во времени, и потому подготовка оперного спектакля много сложнее подготовки спектакля драматического. Мне известен внушительный ряд певцов, успешно работавших и работающих не только на сцене нашего театра, но и далеко за пределами страны, которые сознательно и весьма плодотворно проходили весь этот путь. Это разные, но высокопрофессиональные личности.
Многие сегодняшние студенты творческих вузов, к сожалению, не осознают важности этого процесса. Для них существеннее выучить несколько расхожих арий для участия в вокальном конкурсе, получить полагающуюся премию и считать, что развитие их идет как нужно. Но… даже довольно прилично спетая ария только отрывок из материала, и никакое участие в конкурсах не заменит освоение драматургии всей оперы в целом, осознание динамики развития образа. Очень важна психологическая интонация, выражающая драматургию той или иной спетой фразы. Сейчас певцам доступны десятки записей исполнения арий мастерами. И большинство идет по пути слепого копирования подслушанного у мастера нюанса. Записи – великая вещь, но вряд ли нужно механически «слизывать» нюанс или штрих в отрыве от общего замысла – никакая копия не станет органичным излучением «от своего имени». Вспоминаю, как год назад к нам для проведения мастер-класса по вокалу был приглашен знаменитый мировой баритон Ренато Брузон. Прослушав наших молодых и отметив качество вокального голосового материала, он почти всем говорил: «Пой от себя! Что ты мне все копию других с You tube выдаешь?» Пример этот заставляет задуматься.
Разумеется, никто не против вокальных конкурсов: они широко распространены, благодаря им многие певцы получают известность и возможность развития своей вокальной карьеры, но против подмены формирования собственного «я» на оперной сцене – умения не только выразительно петь, но и органично действовать – воспроизведением «обоймы» полагающихся концертных номеров. Без каких бы то ни было резолюций и обобщений напомню лишь о том, что ни Лучано Паваротти, ни Плачидо Доминго, ни Джоан Сазерленд, ни Хосе Каррерас, как и многие их истинно великие коллеги, не являлись лауреатами каких-либо конкурсов… Но оставались Личностями и Властителями дум.
Готового рецепта, как стать истинным «властителем дум», нет и не может быть. Но можно ответить известной строчкой поэта: «Душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь…»
Поистине невозможно охватить вниманием всё, о чем говорилось на знаменательной встрече. Президент не обошел вниманием повышение активности творческих союзов, решение многих важнейших вопросов материального стимулирования деятелей искусств и культуры, решение пресловутого «квартирного вопроса» для обеспечения жильем талантливых молодых артистов, художников, музыкантов, певцов. Уже через несколько дней достоянием общественности стало распоряжение Президента Ш. М. Мирзиёева о формировании фонда «Ильхом» для материального стимулирования тех, кто занимается творчеством, об обновлении деятельности Академии Художеств, Союза Композиторов и мелодистов Узбекистана… Все эти судьбоносные решения направлены на развитие многоаспектного искусства Узбекистана.
Французы говорят: «Будущее покоится на плечах у Прошлого». Мудрая политика первого Президента Узбекистана Ислама Каримова, сохраняя мир и согласие в стране, бережно сохранила стержень нации. А динамичные реформы нынешнего Президента Шавката Миромоновича Мирзиёева, несомненно, взращены «на плечах» минувших лет и достижений, они настолько новы и стремительны, что вселяют большие и светлые надежды на новую фазу развития страны и общества. Становится интересно жить, ведь каждый новый день сулит преодоление новых ступеней, всё более сближая достижения Узбекистана с достижениями мирового сообщества.

Андрей
СЛОНИМ

Саҳифа 101 марта ўқилган.